банкротство предприятий официальный сайт

Лоис МакМастер Буджолд

"Мирные действия"
(Комедия генетики и нравов)

Lois McMaster Bujold, "A Civil Campaign",1999
Перевод (c) - Анны Ходош, редакция от 01.10.2003

1 ! 2 ! 3 ! 4 ! 5 ! 6 ! 7 ! 8 ! 9 ! 10 ! 11 ! 12 ! 13 ! 14 ! 15 ! 16 ! 17 ! 18 ! 19 ! эпилог


Глава 4

Айвен только что исполнил свое задание: отвёз в Оперативный отдел сотню каллиграфически выписанных приглашений на императорскую свадьбу, которые найдут своих адресатов - избранных офицеров - за пределами планеты. Тогда он и столкнулся в вестибюле Генштаба с Алексеем Формонкрифом, проходившим сканеры безопасности.

- Айвен! - перехватил его Алексей. - Ты-то мне и нужен! Подожди.

Айвен затормозил у автоматических дверей, прикидывая в уме правдоподобное поручение от Той, Которой Следует Повиноваться До Окончания Свадьбы на случай, если потребуется сбежать. Алексей был не самым смехотворным занудой Форбарр-Султаны - нынче за это звание соперничали несколько джентльменов старшего поколения - но, безусловно, сгодился бы на скамейку запасных. С другой стороны, Айвену было бы до крайности любопытно узнать, не принесли ли каких-нибудь любопытных плодов те семена, что он заронил в ухо Алексея пару недель назад.

Алексей преодолел контрольный пост и, слегка запыхавшись, заторопился на улицу. - Я только что отдежурил, а ты? Могу я угостить тебя выпивкой, а, Айвен? У меня есть кое-какие новости, и ты заслужил узнать их первым. - Алексей покачался на каблуках.

Раз платит Алексей, почему бы нет?

- Конечно.

Вместе с Алексеем Айвен направился через улицу в ближайший бар - место, которое офицеры оперативного отдела считали своей общей собственностью. Здесь прежде была какая-то контора, а бар открылся десять-пятнадцать минут спустя после того, как оперативный отдел въехал в свое новое здание после окончания мятежа Фордариана. Нарочито потрепанная обстановка по умолчанию сохраняла за ним статус чисто мужского оплота.

Они направились к столику в глубине помещения; мужчина в прекрасного покроя гражданском костюме, рассевшийся у стойки бара, обернулся и посмотрел на проходивших. Айвен узнал Бая Форратьера. Большинство городских бездельников в офицерском баре не встретишь, но Бай выискивался в самых неожиданных местах. У него были чертовские связи. Бай вскинул руку, приветствуя Формонкрифа шутливым салютом, и тот тут же с энтузиазмом пригласил его присоединиться. Айвен приподнял бровь. Байерли был известен как человек, презиравший тех, кто, как выражался он сам, "прибывал невооруженным на битву остроумия". Айвен и представить не мог, зачем тому водиться с Формонкрифом. Противоположности сходятся?

- Садись, садись,- позвал Бая Формонкриф. - Плачу я.

- Тогда - конечно, - отозвался Бай и беспрепятственно устроился рядом. Айвену он радушно кивнул; тот с некоторой опаской ответил тем же. Ведь рядом не было Майлза - словесного щита. Бай никогда не поддевал Айвена, когда Майлз был рядом. Айвен так и не знал точно: то ли из-за незаметного вмешательства кузена, то ли потому, что Бай предпочитал мишень потруднее. А может, вмешательство Майлза в том и состояло, что он был такой трудной мишенью? С другой стороны, может, кузен считал Айвена собственной мишенью для насмешек и просто не желал делиться. Семейная солидарность или майлзовы собственнические наклонности?

Они отправили на сервер свои заказы, и Алексей вставил в прорезь кредитку.

- Кстати, мои искренние соболезнования в связи с кончиной твоего кузена Пьера, - обратился он к Байерли. - Я все забываю упомянуть, ведь ты траурного мундира не носишь. Знаешь, а зря ты этим пренебрегаешь. У тебя есть на это право, ваше кровное родство достаточно близко. Уже выяснили, отчего он умер?

- О, да. Его сразил сердечный приступ.

- Мгновенно?

- Да, насколько можно догадываться. Он был правящим графом, поэтому вскрытие было сделано тщательно. Ну, не будь он таким нелюдимом и не избегай общества, тело могли бы найти прежде, чем оказался поврежден мозг.

- Такой молодой, едва за пятьдесят. Жаль, что он умер, не оставив потомства.

- Куда жальче, что многие мои дяди по линии Форратьеров не умерли без потомства, - вздохнул Бай. - У меня была бы новая работа.

- Вот уж не знал, что ты жаждешь заполучить Округ Форратьеров, Бай, - удивился Айвен. - Граф Байерли? Политическая карьера?

- Боже упаси. У меня нет никакого желания пополнить собою зал замка Форхартунг, битком набитый древними спорщиками, а Округ наскучил мне до слез. Тоскливое место. Не будь мой плодовитый кузен Ришар таким законченным сукиным сыном - разумеется, не в обиду покойной тетушке - я пожелал бы ему насладиться открывающейся перспективой. Если он сможет добиться желаемого. К сожалению, он правда рад, что лишает всяческой радости меня.

- А что с Ришаром не так? - тупо переспросил Алексей. - Те пару раз, что я его встречал, он показался мне вполне солидным мужчиной. Политически говоря.

- Неважно, Алексей.

Алексей изумленно покачал головой. - Бай, неужто у тебя нет достойных родственных чувств?

Бай отмахнулся небрежным жестом "а-чего-вы-хотели?". - Достойных родственников у меня тоже нет. Мое основное чувство - отвращение. Быть может, с одним-двумя исключениями.

Айвен наморщил лоб, когда разобрался, что же именно вскользь бросил Бай. - Если сможет? А что ему помешает? - Ришар - старший сын старшего дяди графа, взрослый человек, и, насколько Айвен знал, в здравом уме. Традиционно определение "сукин сын" никогда не рассматривалось как достаточная причина для исключения из Совета Графов, а то бы тот заметно похудел. Лишь незаконное происхождение было подобной причиной. - Никто же не опознал в нем тайного цетагандийца, вроде бедного Рене Форбреттена?

- К сожалению, нет. - Бай покосился на Айвена, и странно расчетливое выражение мелькнуло в его глазах. - Однако леди Донна - полагаю, ты с ней знаком, Айвен - подала официальный протест в Совет через день после смерти Пьера, тем самым временно приостановив утверждение Ришара в правах.

- Я кое-что слышал. Но не обратил внимания. - Младшую сестру Пьера, леди Донну, Айвен не встречал во плоти - и какой восхитительной плоти! - с тех пор, как она лишилась своего третьего супруга и почти что удалилась на покой в Округ Форратьеров: официально - в роли хозяйки графского дома, а фактически - как окружной депутат. Поговаривали, что на каждодневные дела Округа она имела больше влияния, чем сам Пьер. Айвен вполне мог в это поверить. Должно быть, теперь ей лет сорок; интересно, не начала ли она полнеть? А ей пойдет. Кожа цвета слоновой кости, потрясающие черные волосы до бедер и пылающие жаром карие глаза...

- О, а я-то удивлялся, что это утверждение Ришара затянулось так надолго, - заметил Алексей.

Бай пожал плечами. - Увидим, если леди Донна, вернувшись с Беты, сумеет протолкнуть в Совет свой иск.

- Моей матери показалось странным, что леди Донна уехала до похорон, - вставил Айвен. - Ни про какие нелады между Донной и Пьером она не слыхала.

- Вообще-то по меркам нашего семейства они были в весьма хороших отношениях. Но ей срочно понадобилось уехать.

То, что некогда пережил с Донной Айвен, было незабываемо. Он - новоиспеченный офицер, она - на десять лет старше и временно не замужем... Про своих родственников они не особо разговаривали. Айвен сообразил, что так и не сказал Донне, как именно ее кружившие голову уроки спасли его задницу несколькими годами позже, в той пагубной дипломатической миссии на Цетаганде. Верно, ему стоит ее навестить, когда она вернется с Колонии Бета. Да, годы накапливаются, ее это гнетет, ее нужно бы утешить...

- А в чем суть ее протеста? - поинтересовался Формонкриф. - И при чем тут Колония Бета?

- Вот вернется Донна, тогда и увидим, во что это выльется. Это будет сюрприз. Желаю ей всяческих успехов. - Бай скривил губы в своей специфической улыбочке.

Принесли выпивку. - О, отлично. - Формонкриф поднял свой бокал. - Господа, за семейную жизнь! Я заслал сваху.

Айвен замер, не донеся бокал до губ. - Прости?

- Я встретил женщину, - самодовольно признался Алексей. - Вернее сказать - ту самую женщину. И все благодаря тебе, Айвен. Я никогда бы не узнал о ее существовании без твоей маленькой подсказки. Бай ее разок видел - она во всех смыслах подходит на роль мадам Формонкриф, верно, Бай? Большие связи - она племянница лорда аудитора Фортица. Как ты узнал о ней, Айвен?

- Я... встретил ее у моего двоюродного брата Майлза. Она проектирует для него сад. - "Как Алексей успел зайти так далеко и так быстро?"

- Вот уж не знал, что лорд Форкосиган интересуется садами. Ну, о вкусах не спорят. Во всяком случае, мне удалось вызнать имя и адрес ее отца во время якобы случайной беседы о родословных. Южный Континент. Мне пришлось купить для свахи билет в оба конца, зато она - одна из самых лучших, а их вообще немного осталось, в Форбарр-Султане. Нанимайте лучших, я всегда так говорю.

- Мадам Форсуассон приняла твое предложение? - выговорил ошеломленный Айвен. "Я никак не собирался доводить дело до такого..."

- Ну, я считаю, что примет. Когда оно ей поступит. Почти никто не пользуется больше старой официальной системой. Надеюсь, она это воспримет как романтический сюрприз. И будет просто сражена наповал. - Самодовольный тон отдавал беспокойством, которое Алексей попытался унять большим глотком пива. Бай Форратьер отхлебнул из своего бокала, проглотив вместе с вином и комментарий, каким бы тот ни был.

- Думаешь, согласится? - осторожно переспросил Айвен.

- С чего бы женщине в ее ситуации отказываться? Она вновь обзаведется собственным домом, тем, к чему привыкла, - а как иначе ей получить свое? Она - истинный фор и, разумеется, оценит такую тонкость. К тому же этим сватовством я опережаю на ход майора Замори.

Она пока не согласилась. Еще остается надежда. Формонкриф не празднует, а лишь под нервную болтовню ищет успокоения в спиртном. Да, а идея здравая. Айвен отхлебнул глоток побольше. Погоди-ка...

- Замори? Замори я про вдову не рассказывал.

Айвен тщательно подбирал Формонкрифа в качестве весьма правдоподобной угрозы, от которой Майлз заведется, но которая реально не станет представлять опасности его роману. Разумеется, по своему статусу простой фор и не-лорд не может составить конкуренцию графскому наследнику и Имперскому Аудитору. Физически... Гм. Возможно, этот момент он продумал недостаточно. Формонкриф вполне неплохо смотрится. Стоит госпоже Форсуассон покинуть зону действия поля-глушилки - майлзовой харизмы, - и сравнение может оказаться... весьма тягостным. Но Формонкриф - болван, не может же она его выбрать... "Или ты мало знаешь женатых болванов? Кто-то же их выбирает. Может, не такое уж это препятствие". Однако, Замори - это человек серьезный и далеко не дурак.

- Боюсь, я где-то проболтался, - Формонкриф пожал плечами. - Неважно. Он не фор. Это мое неоспоримое преимущество перед Замори в глазах ее семьи. В конце концов, она уже была замужем за фором. И должна знать, что растить сына - не дело одинокой женщины. И пусть будет напряженно с финансами, но как только нас свяжут узы брака, то я при должной твердости быстро уговорю ее отдать мальчика в настоящую форскую школу. Там из него сделают мужчину и выбьют все несносные черточки характера, пока те не переросли в привычку.

Они допили пиво; Айвен заказал на круг еще по одной. Формонкриф вышел освежиться.

Айвен, не сводя глаз с Бая, прикусил костяшки пальцев.

- Проблемы, Айвен? - непринужденно поинтересовался тот.

- Мой кузен Майлз ухаживает за госпожой Форсуассон. И велел мне от нее отстать под угрозой его изобретательности.

Бай приподнял брови. - Тогда тебе стоит насладиться зрелищем, как он изничтожит Формонкрифа. Или тебе пришелся бы по вкусу другой вариант?

- Он меня через задницу наизнанку вывернет, когда узнает, что это я навел Формонкрифа на вдову. И Замори, о боже...

Бай коротко улыбнулся уголком рта. - Ну, ну. Я был там. Формонкриф наскучил ей до слез.

- Да, но... вдруг она сейчас в затруднительном положении? Тогда она может схватиться за первый же шанс... погоди-ка, ты?! А ты как туда попал?

- Алексей... проболтался. Есть у него такая привычка.

- Вот уж не знал, что ты ищешь себе жену.

- Не ищу. Не паникуй. И не собираюсь засылать к бедняжке сваху - о господи, что за анахронизм! Хотя, должен заметить, я-то ей не наскучил. Мне показалось, она была даже капельку заинтригована. Неплохо для первого знакомства. Может, в дальнейшем стоит брать Формонкрифа с собой на первое свидание - для лестного контраста. - Бай кинул в сторону быстрый взгляд, удостоверился, что предмет их разговора пока не возвращается, и склонился вперед, понизив голос до более доверительного тона. Но не стал ковать железо дальше, все больше упражняясь в остроумии, а вместо этого тихо проговорил: - Знаешь, по-моему, кузина Донна была бы очень рада, если бы ты оказал поддержку в ее будущей тяжбе. Ты можешь быть ей по-настоящему полезен. К тебе прислушиваются такие люди, как лорд Аудитор - низенький, но на удивление убедительный в своей новой роли, я был просто поражен, - леди Элис и даже сам Грегор. Значительные люди.

- Они-то значительные. Но не я. - Какого черта Бай льстит ему? Должно быть, хочет чего-то... и весьма сильно.

- Ты не хотел бы повидаться с леди Донной, когда она вернется?

- А-а, - Айвен моргнул. - Это с удовольствием. Но... - Он додумал мысль до конца. - Я не очень понимаю, чего она добивается. Даже если она отстранит Ришара, графство может перейти лишь кому-то из его сыновей или младших братьев. Если ты не планируешь массового убийства на предстоящем семейном сборище - а столь энергичных действий я от тебя не жду, - то не вижу, какая тебе от этого выгода.

Бай ответил короткой улыбкой. - Я же сказал, мне графство не нужно. Повидайся с Донной. Она тебе все объяснит.

- Ну... ладно. Удачи ей, в любом случае.

Бай откинулся на спинку стула. - Вот и славно.

Вернувшийся Формонкриф продолжал изливать во вторую кружку пива описание своих матримониальных форских уловок. Айвен пытался изменить тему разговора, но не преуспел. Байерли отчалил непосредственно перед тем, как настала его очередь покупать пиво на всех. Наконец Айвен распрощался, сославшись на некие Имперские обязанности, и сбежал.

Но как избежать встреч с Майлзом? Пока не закончится эта проклятая свадьба, невозможно подать рапорт о переводе в какое-нибудь отдаленное посольство. А тогда будет слишком поздно. "Можно еще дезертировать", подумал он угрюмо, "скажем, сбежать и поступить в Кшатрианский Иностранный Легион." Нет уж, у Майлза столько галактических связей, что во всей сети П-В туннелей не найдется ни одной, сколь угодно темной, щели, куда Айвен скрылся бы от его гнева. И изобретательности. Он должен положиться на удачу и характер Формонкрифа, благодаря которому тот всегда выставляет себя в дурацком свете. А что насчет Замори - похитить? убить? Может, познакомить его с другими женщинами? О, да! Только не с леди Донной. Ее Айвен предпочел бы приберечь для себя.

Леди Донна. Она-то не юная простолюдинка. И никакой муж не посмел бы трубить в ее присутствии, она бы его живо подсекла под колени. Элегантная, искушенная, уверенная в себе... женщина, знающая, чего хочет и как этого потребовать. Женщина его собственного класса, понимающая правила игры. Чуть старше его, верно, но сейчас продолжительность жизни выросла настолько, что какое это имеет значение? Гляньте на бетанцев; про бабушку Майлза - а ей все девяносто, никак не меньше, - известно, что у нее есть приятель, джентльмен восьмидесяти лет. И почему он раньше не подумал про Донну?

Донна. Донна, Донна, Донна. М-м... Эту встречу он ни за что на свете не пропустит.

* * *

- Я оставил ее дожидаться в комнате у библиотеки, милорд, - донесся до ушей Карин знакомый рокот Пима. - Прикажете ли принести вам чего-нибудь или... еще что-то?

- Нет. Спасибо, - раздался из главного вестибюля в ответ не столь степенный голос лорда Марка. - Ничего, спасибо, это все.

Эхом отозвались шаги Марка по мощеному полу: три быстрых и размашистых, два - торопливой пробежкой, легкая заминка... и уже более размеренная поступь, приближающаяся к сводчатому проему двери. Пробежка? Марк? Карин вскочила на ноги, стоило ему показаться из-за угла. О боже, ему явно не пошла на пользу столь быстрая потеря веса - вместо такой привычной весьма округлой солидности он смотрелся вялым, если бы не усмешка и сияющий взгляд.

- Ага! Ну-ка, стой там! - приказал он Карин, схватил скамеечку для ног, поставил перед нею, вскарабкался и заключил ее в объятия. Она тоже обвила его руками, и на минуту разговор оказался погребен под лавиной неистовых поцелуев, которые они дарили и возвращали друг другу вдвойне.

Когда ему удалось вдохнуть достаточно воздуха, он спросил: - Как ты сюда добралась? - а потом целую минуту не давал ей возможности ответить.

- Пешком, - выдохнула она, задыхаясь.

- Пешком! Здесь добрых полтора километра!

Карин положила руки ему на плечи и отодвинулась достаточно, чтобы сфокусировать взгляд на его лице. "Слишком бледный, почти мучнистый", подумала она неодобрительно. И что хуже, вместе с очертаниями челюсти и скул проступило на поверхность и его внутреннее сходство с Майлзом. Она знала, что это ужаснуло бы Марка, поэтому оставила наблюдение при себе.

- Ну и что? Отец, когда был помощником Лорда Регента, привык каждый день в хорошую погоду ходить сюда на работу пешком, просто с тростью.

- Если бы ты позвонила, я бы прислал Пима с машиной - черт, нет, лучше бы сам за тобой прилетел. Майлз сказал, я могу брать его флаер, когда захочу.

- На флаере? Шесть кварталов? - негодующе вскричала она между поцелуями. - В такое чудесное весеннее утро?

- Ну, бегущих дорожек у них тут нет... ммм... О, замечательно... - он ткнулся носом ей в ухо, вдохнул щекочущие кудряшки и проложил спиральную дорожку поцелуев от ушной раковины до ключицы. Карин крепко стиснула Марка в объятиях. Поцелуи горели на коже точно маленькие жгучие следы. - Я так скучал без тебя, скучал, скучал...

- И я тоже скучала - скучала - скучала... - Хотя они могли бы отправиться домой вместе, не настаивай он на том, чтобы сделать крюк на Эскобар.

- По крайней мере, от прогулки ты так разгорячилась - отчего бы тебе не подняться ко мне в комнату, снять всю эту жаркую одежду... а Пыхтуну можно выбраться поиграть, гм-м...?

- Здесь? В особняке Форкосиганов? Когда вокруг полно оруженосцев?

- Сейчас это место, где я живу. - На сей раз прервался он, отстранившись так, чтобы можно было сфокусировать взгляд. - А оруженосцев только трое, и один из них в дневную смену спит. - Он озабоченно сдвинул брови. - А у тебя...? - рискнул спросить он.

- Еще хуже. Там полно родителей. И сестриц. Сплетничающих сестриц.

- Снять комнату? - предложил он, озадачившись на мгновение.

Она покачала головой, пытаясь найти объяснение тем запутанным чувствам, которые с трудом понимала и сама.

- Мы могли бы позаимствовать флаер Майлза...

Она невольно хихикнула. - Вот уж там и вправду не хватит места. Даже если бы мы оба принимали твои гадкие лекарства.

- Да, он не подумал, когда покупал эту штуку. Лучше здоровенный аэрокар, где есть широкие удобные сиденья с мягкой обивкой. Их можно откинуть. Как в том его бронированном лимузине, что остался со времен Регентства - эй! Мы могли бы забраться в задний отсек, затемнить стекла до зеркальности...

Карин беспомощно помотала головой.

- Хоть где-нибудь на Барраяре?

- В том-то и проблема, - сказала она. - Барраяр.

- На орбите...? - Он с надеждой ткнул пальцем в небо.

Она с болью рассмеялась. - Ну, не знаю, не знаю...

- Карин, что не так? - Теперь Марк здорово встревожился. - Я что-то не так сделал? Или сказал? Потому, что я... ты все еще сердишься из-за лекарств? Прости. Прости! Я их брошу. Я... я снова наберу вес. Все, что хочешь.

- Не в этом дело. - Она отступила ещё на полшага, хотя рук они не разомкнули. Карин покачала головой. - Хотя я не понимаю, с чего это, похудев, ты вдруг стал смотреться на полголовы ниже. Какой причудливый оптический обман. Почему это восприятие преобразует массу в рост? Но нет. Это не из-за тебя. Из-за меня.

Марк стиснул ее руки, в неподдельном испуге не сводя с Карин глаз. - Я не понимаю.

- Я целых десять дней об этом думала, пока ждала тебя домой. О тебе, обо мне, о нас. Эту неделю я чувствовала себя все "страньше и страньше". На Колонии Бета все казалось настолько правильным, настолько логичным. Открытым, официальным, одобряемым. Здесь... Я не сумела рассказать про нас своим родителям. Я пыталась с этим справиться. Но не сумела рассказать даже сестрам. Может, если бы мы приехали домой вместе, я бы не оробела, но... так уж случилось.

- А вы... ты подумала про эту барраярскую сказку, когда родственники девицы гнались за ее любовником, и в конце концов его голова оказалась в горшке с базиликом?

- Горшок с базиликом? Нет!

- А я подумал... знаешь, по-моему, твои сестрицы это могут, если возьмутся за дело всей командой. Вручить мне мою же голову, я хочу сказать. И я точно знаю, что ваша матушка это может, - она же вас всех научила.

- Как бы мне хотелось, чтобы здесь была тетя Корделия! - Стоп, наверное, в таком контексте реплика неудачная. Горшок с базиликом, боже правый. Марк такой параноик... в самом деле. Неважно. - О тебе я вообще не думала.

- А-а, - его голос сделался совсем безжизненным.

- Да не в том смысле! Я думала о тебе день и ночь. О нас. Но мне так неуютно с тех пор, как я сюда вернулась. У меня такое ощущение, словно меня запихали на прежнее место в ящик - в барраярскую культуру. Я это чувствую, но ничего не могу поделать. Это ужасно.

- Защитная окраска? - Его тон наводил на мысль, что желание закамуфлироваться ему понятно. Пальцы Марка вновь скользнули по ее ключице, прокрались вокруг шеи. Как было бы приятно, если бы он прямо сейчас размял ей шею, как чудесно... Он так старательно учился прикасаться и позволять касаться себя и справляться при этом с паникой, судорогами и одышкой. Марк уже задышал чаще.

- Нечто вроде. Но я ненавижу тайны и ложь.

- Может тебе просто... рассказать своим?

- Я пыталась. Я просто не могу. А ты можешь?

Марк явно попал в затруднительное положение. - Ты этого от меня хочешь? Дело наверняка кончится базиликом.

- Нет-нет, я имею в виду, гипотетически.

- Я мог бы рассказать своей матери.

- Твоей матери я бы тоже рассказала. Она бетанка. Она из другого мира, из того, где мы были такими правильными. А вот с моей мамой я об этом заговорить не могу. А раньше могла всегда и всё. - Она поняла, что слегка дрожит. Марк, державший ее за руки, тоже ощутил эту дрожь; он поднял лицо, и ей стало это ясно по его страдальческому взгляду.

- Не понимаю, как это может казаться таким правильным там и таким неверным тут, - сокрушалась Карин. - Это не должно быть неправильным тут. Или правильным там. Или еще что-то.

- Бессмыслица какая-то. Тут или там, какая разница?

- Если разницы никакой, зачем ты так мучался с потерей веса прежде, чем снова ступить на Барраяр?

Он открыл рот и тут же захлопнул. Наконец он нашелся: - Ладно, пусть так. Это всего на пару месяцев. Я могу потратить пару месяцев.

- Все еще хуже. Ох, Марк! Я не могу вернуться на Колонию Бета.

- Что? Почему не можешь? Мы же планировали - ты планировала - что, твои родители нас заподозрили? И запретили тебе...

- Нет, не в том дело. Во всяком случае, я так не думаю. Это просто деньги. Вернее, просто денег нет. Я бы туда без стипендии графини и в прошлом году не поехала. Мама и Па говорят, что им пришлось затянуть пояса. И я не представляю, как мне самой заработать столько за какие-то пару месяцев. - Она прикусила губу, снова набравшись решимости. - Но я намерена чего-нибудь придумать.

- Но если ты не сможешь... я же еще не закончил дела на Колонии Бета, - протянул он жалобно. - У меня будет еще год и учёбы, и лечения.

Или больше. - Но ты же собираешься потом вернуться на Барраяр, правда?

- Полагаю, да. Но целый год порознь... - Марк стиснул ее крепче, как будто маячившие на горизонте родители оказались угрожающе близко и готовы вырвать ее из его объятий. - Без тебя... это будет чересчур большим стрессом, - приглушенно пробормотал он, уткнувшись лицом в ее грудь и смягчив формулировку.

Прошло мгновение, он глубоко вздохнул, оторвался от Карин. И поцеловал ей руки. - Нет нужды паниковать, - горячо заверил он ее пальцы. - У нас есть месяцы, чтобы что-нибудь придумать. Случиться может все что угодно. - Он поднял взгляд и изобразил нормальную улыбку. - Все равно я рад, что ты тут. Ты должна пойти посмотреть моих масляных жуков. - Он спрыгнул со скамеечки.

- Твоих кого?

- И почему у всех с этим названием какие-то сложности? Я думал, оно вполне простое. Масляные жуки. А не полети я на Эскобар, так на них никогда бы не наткнулся, так что из этой поездки вышло много хорошего. Меня на них навела Лилия Дюрона, точнее - на Энрике, он как раз был по уши в неприятностях. Гениальный биохимик, но никакого соображения в финансовых вопросах. Я вытащил его из тюрьмы под залог и помог спасти экспериментальные образцы из лап конфисковавших их идиотов-кредиторов. Ты бы посмеялась, если бы видела, как мы блуждали впотьмах во время этого налета на лабораторию. Пойдем, посмотрим...

Пока он волок ее с собой за руку через весь огромный дом, Карин неуверенно переспросила: - Налет? На Эскобаре?

- Может, "налет" и неверное слово. Все каким-то чудом прошло совершенно мирно. Наверное, скорее "кража со взломом". Веришь или нет, но мне пришлось стряхнуть пыль с кое каких прежних навыков.

- Выглядит не очень-то... законно.

- Нет, зато этично. Это жуки самого Энрике - в конце концов, это он их сделал. И любит их как домашних зверушек. Он ревел, когда одна из его любимых королев сдохла. Это было просто трогательно - ну, в каким-то смысле. Я и вправду был бы жутко растроган, не будь у меня именно в тот момент желания его придушить.

Карин как раз начала задумываться, нет ли у этих проклятых препаратов для потери веса какого-нибудь побочного психологического эффекта, который Марк не счел нужным ей доверить, как они добрались до одной из подвальных прачечных особняка Форкосиганов. Она не бывала в этой части дома с детства, когда они с сестрами играли здесь в прятки. Из высоко прорезанных в каменных стенах окон падала полоска-другая солнечного света. Долговязый парень с кудрявыми темными волосами, на вид самое большее двадцати с небольшим лет, растерянно слонялся между грудами полураспакованных коробок.

- Марк, - заговорил он вместо приветствия. - Мне нужно больше стеллажей. И лабораторных столов. И света. И тепла. Девочки совсем вялые. Ты обещал.

- Прежде чем бежать по магазинам за новым, пошарьте на чердаках, - практично предложила Карин.

- О, отличная идея. Карин - это доктор Энрике Боргос с Эскобара. Энрике - это моя... мой друг, Карин Куделка. Мой самый лучший друг. - Заявляя это, Марк крепко и собственнически сжал ее ладонь. Но Энрике лишь рассеянно кивнул ей.

Марк повернулся к широкому, накрытому крышкой металлическому лотку, неустойчиво балансирующему на одной из коробок. - Не смотри пока, - кинул он Карин через плечо.

В памяти Карин всплыло, как старшие сестры говорят: "Открой рот и закрой глаза, будет большой сюрприз..." Она благоразумно не подчинилась его указаниям и придвинулась поближе, чтобы видеть, что же он делает.

Он снял крышку с лотка, открыв взгляду кишащую массу каких-то коричнево-белых существ, слабо стрекочущих и наползающих друг на друга. Изумленный взгляд Карин наконец рассортировал детали: насекомоподобное, большое, сплошные ноги и колышущиеся усы...

Марк запустил руку в копошащуюся массу, и Карин не выдержала: - Бр-р!

- Все в порядке. Они не кусаются и не жалят, - с усмешкой заверил он. - Вот, посмотри. Карин, это масляный жук. Жук, это Карин. - Он протянул ей на ладони насекомое размером с ее большой палец.

Он правда хочет, чтобы я дотронулась до этой твари? Ладно, в конце концов, она же одолела курс бетанского сексуального образования. Какого черта! Разрываясь между любопытством и отвращением, Карин протянула ладонь, и Марк вывалил на нее жука.

Крошечные когтистые лапки защекотали кожу, и она нервно рассмеялась. В жизни не видала такого немыслимо уродливого живого существа! Хотя в прошлом году на бетанском курсе ксенозоологии ей, пожалуй, случалось анатомировать образцы и попротивнее; в разделанном виде мало что будет выглядеть привлекательнее. Жуки пахли не так уж плохо, чем-то вроде зелени, как от копны сена. Вот ученому стоило бы постирать рубашку.

Марк пустился в объяснения, как именно жуки перерабатывают органическую материю в своих воистину омерзительных с виду брюшках. Его новый приятель Энрике все время запутывал рассказ педантичными формальными поправками насчет всяких биохимических подробностей. Насколько могла судить Карин, с точки зрения биологии сказанное имело смысл.

Энрике оторвал нежно-розовый лепесток от розы, лежащей в коробке с вместе полудюжиной других. Коробку, столь же неустойчиво водруженную на стопку упаковок, отмечал торговый знак одного из ведущих цветоводов Форбарр-Султаны. Лепесток лег на ладонь Карин; жук тут же ухватил его передними лапками и принялся обгрызать нежный краешек. Энрике любовно улыбнулся тварюшке. - О, кстати, Марк, - добавил он, - девочкам нужно больше еды и как можно скорее. Это я получил сегодня утром, но тут и на день не хватит. - Он махнул на коробку с цветами.

Марк, до того не сводивший встревоженного взгляда с Карин, которая созерцала жука у себя на ладони, похоже, только что заметил розы. - Где ты взял эти цветы? Погоди... ты купил розы на корм жукам?

- Я спросил твоего брата, где взять какой-нибудь ботанический материал земного происхождения, который понравился бы девочкам. Он сказал "позвоните туда-то и закажите". Кстати, кто такой Айвен? Но это ужасающе дорого. Боюсь, нам придется пересмотреть бюджет.

Марк улыбнулся, не разжимая губ, и, похоже, сосчитал до пяти, прежде чем ответить. - Понятно. Боюсь, это легкое недопонимание. Айвен - это наш кузен. Тебе рано или поздно все равно не избежать знакомства с ним. А земной ботанический материал можно раздобыть гораздо дешевле. Полагаю, ты сам можешь набрать немного на улице... нет, наверное, одного тебя туда лучше не посылать... - Он разглядывал Энрике с весьма смешанным чувством, почти так же, как Карин - масляного жука на своей ладони. Который уже до половины дожевал розовый лепесток.

- О, и еще мне как можно скорее нужен помощник-лаборант, - добавил Энрике, - если уж я планирую беспрепятственно погрузиться в новые изыскания. И доступ ко всему, что известно здешним обитателям о местной биохимии. Знаешь, нельзя тратить драгоценное время впустую, заново изобретая колесо.

- Думаю, у брата есть кое-какие связи в университете Форбарр-Султаны. И в Имперском Научном институте. Уверен, он может обеспечить тебе доступ ко всему, что связано с секретностью. - Марк слегка пожевал губу и нахмурил брови, на мгновение совершенно в майлзовской манере демонстрируя бешеную работу мысли. - Карин... ты вроде говорила, что ищешь работу?

- Да...

- А тебе не хотелось бы поработать лаборантом? В прошлом году у тебя на Бете была пара курсов по биологии...

- Бетанская подготовка? - оживился Энрике. - Человек с бетанской подготовкой, в этом отсталом захолустье?

- Всего лишь пара базовых курсов, - торопливо объяснила Карин. - А на Барраяре есть масса людей с галактическим образованием любого рода. - "Он что, полагает, будто сейчас Период Изоляции?"

- Хорошее начало, - рассудительно одобрил Энрике. - Только я хотел спросить: Марк, разве у нас достаточно денег, чтобы кого-нибудь нанять?

- М-м... - протянул Марк.

- Нет денег, у тебя? - переспросила пораженная Карин. - Что же ты делал на Эскобаре?

- Не то, чтобы нет. Просто именно сейчас они связаны неликвидным образом, а я потратил немного больше, чем заложил в бюджет, - в общем, это всего лишь временная проблема с наличностью. Я разберусь с этим к концу следующего финансового года. Но, должен признаться, я искренне рад, что бесплатно сумел пристроить здесь Энрике вместе с его проектом.

- Мы опять можем продавать акции, - предложил Энрике, и пояснил Карин: - Я так уже делал.

Марк передернулся. - Не думаю. И я уже точно объяснял тебе про предприятия закрытого типа.

- Именно так и набирают капитал в рисковое предприятие, - заметила Карин.

- Но, как правило, не продают при этом пятьсот восемьдесят процентов акций своей компании, - вполголоса разъяснил ей Марк.

- Ой...

- Я собирался всё им выплатить! - негодующе возразил Энрике. - Я был так близок к успеху, что не мог в тот момент остановиться!

- Гм... Извини, Энрике, мы на минуточку. - Марк взял Карин под руку - не ту, в которой она держала жука, - вывел в коридор и плотно прикрыл за собой дверь прачечной. И обернулся к ней: - Ему нужен не лаборант. А нянька. Боже, Карин, ты даже понятия не имеешь, как меня облагодетельствуешь, если поможешь мне с ним. Тебе-то я отдам кредитки со спокойным сердцем, а ты будешь вести записи, понемногу подкидывать ему на карманные расходы, держать подальше от темных переулков, не давать рвать цветы в императорском саду или вступать в пререкания с охранниками СБ, в общем, пресекать любые его самоубийственные выходки, что там ему ни придет в голову следующим. Штука в том, что, гм... - он замялся. - Ты не согласилась бы вместо зарплаты получать часть акций как совладелец, по крайней мере, до конца финансового года? Знаю, так тебе не особо достанется денег на расходы, но ты сама говорила, что собираешься подкопить...

Она с сомнением посмотрела на масляного жука, снова исследующего ее ладошку после того, как остаток розового лепестка оказался доеден. - Ты правда можешь дать мне акции? Акции чего? Но... если это не сработает как ты надеешься, других путей к отступлению у меня не будет.

- Сработает, - торопливо обещал он. - Я заставлю его работать. Пятьдесят один процент предприятия у меня в руках. И есть Ципис, чтобы мне помочь официально зарегистрировать нас за пределами Хассадара как научно-исследовательскую фирму.

На карте их совместное будущее, ей придется положиться на странный экскурс Марка в область био-предпринимательства, а она даже не уверена, в здравом ли он рассудке! - А что, э-э, думает обо всем этом твоя "черная команда"?

- Ну уж, это не их епархия.

Что ж, это утешает. Судя по всему, это работа его доминирующей личности, лорда Марка - полноценного человека, - а не уловка одной из личностей-масок, преследующей свои собственные частные цели.

- Ты правда считаешь, что Энрике настолько гениален? Марк, там в лаборатории я сперва подумала, что так воняет от жуков, а оказалось - от него. Когда он в последний раз мылся?

- Забыл, наверное. А ты не стесняйся ему напомнить. Он не обидится. Считай это частью своей работы. Заставляй его мыться и есть, возьми на себя заботу о его кредитной карточке, организуй лабораторию, присмотри, чтобы он оглядывался по сторонам при переходе улицы. И это даст тебе повод оставаться в особняке Форкосиганов.

Ну, если так посмотреть... а еще Марк смотрит на нее своим умоляющим щенячьим взглядом... Марк по-своему, странным способом, но почти не хуже Майлза умеет втравить тебя в такое, о чем ты потом - по собственным же подозрениям - будешь горько жалеть. Одержимость, которая заразна, - семейная черта Форкосиганов.

- Ну... - Тихое чирикающее "ик!" заставило ее опустить глаза. - Ой, Марк, нет! Твой жук болен. - Из челюстей жука на ладонь Карин капнуло несколько миллилитров густой белой жидкости.

- Что? - Марк в тревоге рванулся вперед. - С чего ты взяла?

- Он срыгнул. Бр-р... Может быть, это из-за скачковой задержки? Бывает, что людей от нее тошнит несколько дней подряд. - Она принялась отчаянно оглядываться, выискивая, куда бы положить эту тварь, пока та не лопнула. А дальше что, жучиный понос?

- А-а... Нет, все в порядке. Они так и должны делать. Он только что выдал жучиное масло. Хорошая девочка, - промурлыкал Марк насекомому. По крайней мере, Карин понадеялась, что он обращался к жуку.

Карин твердо взяла его за кисть, развернула ладонью вверх и стряхнула на нее теперь уже липкого жука. А свою руку вытерла о его рубашку. - Твой жук. Ты и держи.

- Наши жуки...? - намекнул он, хотя насекомое принял без возражений. - Пожалуйста...?

Вообще-то эта масса пахла не так уж плохо. Скорее розами; розами и мороженым. Однако перед желанием слизнуть липкий налет с руки она вполне сумела устоять. А перед Марком устоять было не так легко. - Ну, хорошо. - "Сама не знаю, как он меня на такое уговаривает?" - Договорились.