масло repsol
На главную страницу Лоис М. Буджолд

История комаррского концерна Перучетти и чудесных (в финансовом отношении) кроликов


"... мы прибываем", почтительно сообщил комм, и Фьора слегка вздохнула, выходя из дремы. Что ж, пора. Документы прочитаны, обсуждены и перечитаны уже давно, родители уже утомились, а сестра и вовсе бесится от безделья. Все готово до последней точки, и единственное, что осталось - это, пожалуй...

"Мама", передала она в тот же комм, "я переоденусь. И тебе советую".
Перед отъездом на Барраяр она вместе со своим любимым дизайнером внимательнейшим образом проштудировала местные моды и выбрала нечто соответствующие что барраярским обычаям, что своим вкусам, что вкусам матери; последнее, впрочем, было сложнее. На Доминику Перучетти консерватизм находил непредсказуемо. Хорошо, что это не распространялось на кроликов.

Про кроликов она узнала, столкнувшись на Комарре с управляющим ныне их ожидающих Форвессонов, который, слова не говоря о предмете возможного сотрудничества, попросту накормил Фьору неким рагу. Порадовавшись образцу, вице-президент компании «Монте-Бьянко» продала его родителям - собственно президенту Джузеппе Перучетти и председателю совета директоров Доменике Перучетти - тем же простейшим, но действенным образом: позаимствовав образец, и не просто мясо, а плитку пищрациона, и передав его в руки домашней кухарки.

С управляющим связались на следующий же день.

За кроликов будущие партнеры - собственно Максим и Мария Форвессоны и их соседи и родственники Уильям и Инесса Форсмиты, владельцы столь же обширных поместий и участники совместного бизнеса, но по другую сторону реки и соответственно в другом графстве, - хотели то, чего хотят все от «Монте-Бьянко»: технологии терроформирования. Управляющий, проведший достаточное время на Комарре, чтобы выйти на Фьору, оценил их ничуть не с меньшим энтузиазмом, чем семья Перучетти - тех кроликов. А учитывая, что в горах Форсмитов подозревают редкоземельные металлы, сделка становилась еще более желательной.

Все было до удивительного просто и до неприятного хорошо.
Фьора не могла понять, с чего ее мучает дурное предчувствие.

Конечно, можно было бы это объяснить Патрицией. Сестра, которую любящие родители услали учиться на Бету, была местами слишком беспокойным существом, а уж теперь, когда влюбилась - и вовсе; Фьора подозревала, что родители не будут в восторге, услышав заодно, что избранник сестры - местный гермафродит. Сейчас сестра, как и подобает честной комаррианке, изыскивала возможности для новых начинаний на Барраяре, но может быть...

Нет. Все-таки нет. Патриция и ее изменчивая натура - это дело обычное, в потери вписывавшееся неизбежно. Нет, не это.

Будущие партнеры? Нет, тут тоже выглядело все вполне чисто на всех уровнях: не графы, но благородные форы, с хорошим источником дохода, у оккупационных властей не на мушке, Перучетти ждущие со всем гостеприимством.
Цетагандийцы? Видела она цетагандийцев. Сложно, но чтобы оправдывать предчувствие?

Фьора медленно застегивала пуговицу за пуговицей и размышляла...