Шкура Козы продаю здесь;отдых в Сукко под Анапой
На главную страницу Лоис М. Буджолд

"Кровавое пятно"

сказка семьи Форвессон


Как говорится, семья ФорВессонов всегда отличалась странностями. Когда я выходила замуж - меня предупреждали. Предупреждали о ведьмах в роду, о том, что не выживают девочки, о приведении в доме, но верить во все это в наш пресвященный век - это, по-моему, полный абсурд. Да и не слушала я сплетников, когда встретила мужчину своей жизни. Это была любовь, причем, именно Любовь с большой буквы. Совсем как в сказках (вот в эти сказки я всегда верила и очень их любила).

Помню, как сейчас, тот бал, на котором мы встретились. Наш пансион давал его, и были приглашены молодые офицеры Генштаба. Его я заметила сразу, как только он вошел. Почему он обратил внимание на меня? Не знаю. Зналю, что ослепительной красотой не отличаюсь (да и сейчас не блистаю, хотя мой муж убеждает меня в обратном). Но стоит закрыть глаза, как снова вижу этот бал. Музыка, шорох платьев, цоканье каблуков. Чуть слышный шепот и танцы. Тепло его рук и сияющие глаза. Черное ночное небо и долгий разговор на балконе. Разговор не о чем, но… через два месяца в доме моего отца появилась сваха. Мой отец не долго думал, что сказать в ответ. Он прекрасно понимал, что ФорВессон не будет продолжать военную службу, и это его расстраивало, зато обнадеживало финансовое положение возможного зятя. Я же ни о чем не думала - я просто любила.

Потом была свадьба и переезд в дом к мужу. Тогда он и дал мне почитать семйные хроники, где на пожелтевших листах старинным почерком с завитушками быно написано:

"Много есть свидетельств о роде ФорВессонов, но, будучи наслышан о привидении от отца своего, а он - от моего деда, я положил себе записать сию историю, в подлинности коей не может быть сомнений. И я хочу, дети мои, чтобы вы уверовали, что судьба, наказующая нас за поступки наши, вольна и отпустить их нам с присущим ей милосердием и что нет столь тяжкого проклятия, коего нельзя было бы искупить. Так предайте же забвению страшные плоды прошлого, но остерегайтесь в будущем, дабы снова всем нам на погибель не даровать свободу темным страстям, причинившим столько зла всему нашему роду. Расскажу я эту историю, как мне ее передали, а я запомнил и повествую теперь вам. Когда то давно было сказано, что все зло от женщин и в нашей семье в это уверовали, когда проклятие пало на наш род.
Давно было известно, что женщинам нашего рода было дано многое. Они были искусными знахарками и повитухами. К ним часто ходили люди со своими болезнями и проблемами, и все уходили ободренные и выздровившие. Не скрою, что ходили слухи, что все не так просто, как это кажется. Не возможно, что бы все женщины рода обладали такими способностями. Что-то было в этом нечисто, и порой кто-то все-таки говорил "все они ведьмы!". Не в глаза, а так тихо-тихо, за спиной. Но это были только слова, а явных подтверждений не было.
Почти сто лет назад Джордж ФорВессон, возвращавшийся домой с после праздника в Округе, увидел как по черному ночному небу , украшенному полной луной и мириадам звезд, промелькнула тень, не похожая на птицу, и черным клоком тьмы втянулась в окно его дома, где оставались жена и сын. Перепуганный, он ворвался в длм и увидел, что супруга его, Анна, стоит возле открытого окна, держа в руках метлу. Лишь тогда он поверил, что все то, что говорят в Округе о его жене, - правда, и смириться с этим не смог. Анна ФорВессон нашла свою смерть в каминном зале от руки мужа, и он поклялся тогда, что не будет больше женщин в его роду. С тезх пор завешщал основатель рода, чтобы всех дочерей в семье убивали еще при рождении, дабы не распространялось больше колдовство в их роду и вообще на свете.
Смерть Артура ФорВессона произошла через пять лет. Он, молодой еще человек, был сражен сердечным приступом в гостиной, в там самом месте, где казнил свою жену Анну. На ковре там осталось пятно крови, и лишним буде упоминать, что ничем его было невозможно свести или как либо избавиться, наутро оно появлялось вновь. И это было свидетельством того, что здобный дух убитой ведьмы тяготеет над домом, и нельзя нам выходить из комнат после полуночи и до рассвета, когда просыпается он, ходит он по дому и карает всех мужчин нашего рода.
Таково, дети мои, предание. И если я решил записать его, то лишь в надежде на то, что знаемое меньше терзает нас ужасом, чем недомолвки и домыслы. Есть ли нужда отрицать, что многие в нашем роду умирали смертью внезапной, страшной и таинственной? Так пусть же не оставит нас судьба своей неизреченной милостью, ибо она не станет поражать невинных.
И сей судьбе препоручаю я вас, дети мои, и заклинаю: остерегайтесь выходить из своей комнаты в ночное время, когда силы зла властвуют безраздельно."

Через год у нас родилась девочка. Я видела его радостные, но встревоженные глаза. Единственное что он сделал - так это отправил нас с ребенком в дом к моему отцу в столицу. Он боялся за нас. Боялся проклятия. Боялся завещания.

Итак, мы с дочерью жили в столице в доме моего отца. Мой муж очень часто приезжал, но не звал меня обратно. Он не мог переехать в столицу, так как дела предприятия пребывали его частого пребывания дома. Если честно, то мне не хотелось возвращаться в этот дом. Я его боялась. Эти странные звуки и разговоры ночью. Шуршание метлы и открывающееся окно в конце коридора на втором этаже. Это страшное пятно в каминном зале, добела вытертые паркет вокруг и огорожденное стеклом пятно крови, которое уже стало черным. Я действительно боялась этого дома, но там был мой муж, а вот без него мне было плохо. Да, он очень часто приезжал, но этого мне было мало.

Шесть лет после рождения нашей дочери мы прожили в Форбарр-Султане, а мой муж разрывался между двумя домами. А потом случилась беда для всего Барраяра: началась война с цетагандийцами. Мой отец смог переправить нас с дочерью к мужу до начала боевых действий в столице; да уж, не было бы счастья, да несчастье помогло. Мы стали жить под одной крышей и вместе справляться с теми, что уготовала нам судьба. Как говорится, семья ФорВессонов всегда отличалась странностями, и когда я выходила замуж - меня предупреждали...